«Когда у меня пропал паспорт, я не придал этому большого значения. А через неделю узнал, что… продал свою квартиру незнакомому человеку»

Став жертвой квартирных аферистов, киевский пенсионер лишился своего жилья и теперь вынужден ютиться на чердаке. Нам удалось выяснить, что имя человека, завладевшего его квартирой, фигурирует в 70 (!) случаях, когда люди загадочным образом оставались без крыши над головой

Сейчас 63-летний киевлянин Дмитрий Бывалин живет на чердаке многоэтажного дома на столичном бульваре Кольцова. Не имея ни одной теплой вещи, на улицу он почти не выходит. Питается тем, на что хватает пенсии, – дешевыми макаронами и картошкой. Жители дома помогают пенсионеру чем могут – кто-то приносит старую одежду, кто-то в сильные морозы забирает старика к себе на ночлег. Соседи знают, что Дмитрий Бывалин – не бомж и не пьяница, а порядочный пенсионер, который раньше жил в однокомнатной квартире № 15 в этой же многоэтажке. И сейчас стал жертвой квартирных мошенников, причем, как оказалось, далеко не первой.

“Нарвался, дед. Пеняй на себя”

Вернувшись однажды домой, Дмитрий Бывалин открыл почтовый ящик и обнаружил там повестку из Святошинского районного суда. В ней говорилось, что пенсионеру предъявил иск некий гражданин Гринченко, которому Дмитрий Андреевич… мешает пользоваться квартирой № 15 на бульваре Кольцова. Пенсионер тут же отправился в Святошинский райсуд, где ознакомился с иском. Из документа следовало, что он, Дмитрий Бывалин, месяц назад… продал свою квартиру президенту одной из столичных юридических компаний Ярославу Гринченко. Якобы был заключен договор купли-продажи, а теперь, когда квартира уже принадлежит Гринченко, настырный пенсионер не хочет из нее выселяться. И юрист, устав бороться со стариком, вынужден был обратиться в суд.

– Потом, анализируя ситуацию, я понял, что связался с аферистами еще за несколько месяцев до того, как пришла повестка, – качает головой Дмитрий Андреевич. – Все началось с того, что однажды, когда я стоял в очереди в аптеке, ко мне подошла незнакомая женщина лет пятидесяти и завела разговор. Представилась Татьяной Алексеевной, пожаловалась на здоровье и высокие цены, после чего спросила: “А вы, Дмитрий Андреевич, один живете?” “Один, – ответил я. – А что?” “Да мне вот знакомого мальчика поселить нужно, – Татьяна Алексеевна указала на парня, рассматривающего аптечные витрины. – Не возьмете к себе квартиранта?” Я отказался, не хватало мне еще такого счастья в однокомнатной квартире! Поняв, что я категорически против, женщина быстро сменила тему. Начала рассказывать, что собирает швейные машинки и хочет открыть магазин. Проводив меня до квартиры, дала свой телефон и попросила мой. “Я тут недалеко живу, может, еще как-нибудь увидимся”, – с улыбкой сказала она.

С тех пор Татьяна Алексеевна время от времени ему звонила, иногда приходила на чай. А однажды наведалась с папкой бумаг: “Дмитрий Андреевич, я таки открываю магазин швейных машинок. Не хотите помочь мне с бизнесом?”

– Большую часть из того, что она мне рассказывала, я не понял, – вспоминает Дмитрий Бывалин. – Татьяна Алексеевна показывала какие-то схемы, после чего спросила: “Ну так я вас убедила? Будете предпринимателем, разбогатеете. Сами же говорили, что пенсии у вас кот наплакал”. С этими словами она протянула мне листок бумаги и сказала подписать какой-то договор. Я отказался. Но она продолжала настаивать: “Вы просто подпишите – и все. А работать вам не придется. Я все буду делать за вас”. Она так меня уговаривала, что я заподозрил неладное. Уж больно часто рассказывают о квартирных мошенниках, которые потом могут воспользоваться чужой подписью. Да и зачем мне какое-то предпринимательство на старости лет? Я попросил ее уйти. После этого Татьяна Алексеевна еще не раз звонила – уговаривала. “Да отстаньте вы от меня! – не выдержал я. – И не звоните больше!” “Вы еще об этом пожалеете! – крикнула Татьяна Алексеевна в ответ. – Нарвался, дед. Пеняй на себя”.

По словам Дмитрия Андреевича, после этого разговора женщина несколько дней не звонила. А когда пенсионер вернулся с вокзала, куда ездил за билетами (Дмитрий Андреевич собирался к родственникам в Сумы), обнаружил, что у него… пропал паспорт.

– Тогда я не придал этому большого значения, – продолжает пенсионер. – Подумал, что забыл его в кассе или же потерял, доставая деньги из кармана. А вечером опять позвонила Татьяна Алексеевна. “Вы не передумали? – невинно поинтересовалась она. – Может, все же подпишите документы?” Я сказал, что нам не о чем разговаривать. “Сами виноваты”, – со злостью сказала она в ответ. Тут меня осенило. “У вас мой паспорт?” – спросил я. Ничего не ответив, Татьяна Алексеевна повесила трубку.

Через несколько дней ко мне пришел какой-то крупный мужчина лет сорока с такой же лысиной, – Дмитрий Андреевич ощупал свой блестящий затылок. – Спросил, не продаю ли я швейные машинки, после чего как-то странно на меня посмотрел и поинтересовался: “А что же вы продаете? Или, может, уже продали?” Появилось ощущение, что что-то не так. “Здесь ничего не продается”, – выпалил я и захлопнул дверь. Тогда еще не знал, что это был тот самый Ярослав Гринченко, от которого позже мне придет повестка из суда.

Злополучная повестка пришла через неделю – когда пенсионер вернулся из Сум, где гостил у родных. Узнав, что “продал” квартиру Гринченко, Дмитрий Андреевич написал заявление в районное управление милиции с просьбой разобраться в афере. Однако ответа от правоохранителей не получил. Пенсионер продолжал обращаться в милицию, районную и городскую прокуратуры, в другие инстанции. Но помощи так и не дождался.

“Ложась спать на чердаке в 30-градусный мороз, я боялся не проснуться”

– Добиться возбуждения уголовного дела нам удалось только через полтора года(!),- – говорит адвокат Дмитрия Бывалина Сергей Горбаченко. – К тому времени Дмитрий Андреевич проиграл два суда. И Святошинский районный, и Киевский апелляционный суды вынесли решение выселить его из квартиры. Тогда у него еще не было адвоката. А что стоит грамотному юристу Гринченко ввести в заблуждение не разбирающегося в правовых вопросах пенсионера? Дмитрий Андреевич даже не понял, каким образом лишился квартиры. Скажет на суде одно слово, а Гринченко ему в ответ десять… Вынося решение, Святошинский суд даже не выяснил, при каких обстоятельствах познакомились Гринченко и Бывалин, откуда “покупатель” узнал о продаже квартиры и при каких обстоятельствах передавались деньги. А апелляционный суд, как ни странно, оставил решение без изменений. Дмитрий Андреевич об-жаловал решение в Верховном суде. Его заявление было принято, решение апелляционного суда приостановлено. И пока суд не вынес окончательный вердикт, Бывалин имел право жить в квартире. Но Гринченко уже тогда решил, что жилплощадь принадлежит только ему.

– Однажды я вернулся с рынка, и вахтерши сообщили, что мне ставят новую дверь, – рассказывает Дмитрий Андреевич. – Ничего не понимая, поднялся к себе на этаж. Мои двери были выбиты, по квартире ходили Гринченко и двое незнакомцев. “Не волнуйтесь, я пока еще вас не выгоняю, – посмотрев на меня сверху вниз, насмешливо сказал Гринченко. – Подселю к вам двух квартирантов”. “Каких еще квартирантов? – опешил я. – Вы не имеете права здесь распоряжаться!” “Заткнись, дед”, – устало огрызнулся Гринченко.

То, что квартирантов поселили с целью избавиться от меня, я понял сразу. Двое здоровых парней купили спиртное и, усевшись перед телевизором, глушили водку. Они громко хохотали и матерились, а мои просьбы убавить звук игнорировали. У меня ведь режим – позже девяти вечера спать не ложусь. А тут: в одной комнате со мной в стельку пьяные мужики, которые на любое замечание в лучшем случае огрызнутся или чем-то кинут. Не драться же с ними. Обращался в милицию, но бесполезно. А когда закончились продукты, вышел из дому за хлебом, только обратно зайти в квартиру уже не смог – парни быстренько поменяли замок. Стучал, просил открыть, а из-за двери доносился хохот. Мне не открыли даже в полночь. Из-за квартирантов последние две ночи не спал. Что было делать? Взял с подоконника старую газету, положил на холодный грязный пол, свернулся калачиком и попытался лечь. Сразу, правда, не получилось – было слишком холодно и противно. Захотелось плакать от отчаяния. Сколько сил я потратил на то, чтобы купить эту квартиру, сколько лет складывал копейку к копейке, а теперь должен, как последний бомж, спать на полу в подъезде!

– Утром я вышла из квартиры и увидела лежащего под дверью человека – это был наш Дмитрий Андреевич, – говорит председатель жилищного кооператива Оксана. – Я знала, что у него проблемы с квартирой, но спать на полу в подъезде! Это ни в какие ворота… Мы с мужем вынесли на лестничную площадку старую кровать. Жители дома организовали собрание, на котором решили заставить сотрудников милиции защитить Бывалина. Собирали подписи, писали коллективные заявления и таки добились своего – квартиранты уехали, и Дмитрия Андреевича вселили обратно.

Однако ненадолго. Верховный суд оставил решение Святошинского райсуда в силе, а так как уголовное дело никак не возбуждали и на квартиру не был наложен арест, Дмитрию Андреевичу пришлось выселиться.

– Жить было негде, – говорит Дмитрий Андреевич. – Я приходил к соседям и просился на ночлег. Моя квартира пустовала. В сильные морозы, бывало, сам взламывал замок и находился там до тех пор, пока не приходил Гринченко или кто-то из его людей и не выгоняли меня. Однажды мужики ворвались ночью, схватили меня под мышки и выкинули прямо через дверь. Я шлепнулся на пол, тело заныло от боли. Следом полетели мои вещи – тапки, кастрюли, книжки… Не помню, сколько часов просидел в подъезде в пижаме на полу. Я сидел и плакал.

– Спустя некоторое время святошинская районная милиция возбудила уголовное дело по факту мошенничества, – рассказывает адвокат Сергей Горбаченко. – Но, как только заходила речь о необходимости провести повторную почерковедческую экспертизу (первая показала, что договор купли-продажи подписывал Бывалин. – Авт.), дело быстро закрывали. Три(!) раза мы добивались того, что его возбуждали вновь. Сейчас оно находится на рассмотрении в Генеральной прокуратуре Украины.

С щупленьким Дмитрием Андреевичем мы встретились на заброшенном чердаке. Теперь это его единственное место жительства.

Пенсионер отворил железную решетку с большим амбарным замком. Идя по кривым бетонным ступенькам, я несколько раз чуть было не упала – из-за отсутствия перил подняться на чердак, не споткнувшись, почти невозможно. Едва я переступила высокий порог, задела головой свисающие с потолка длинные черные провода. “Здесь у меня чего только нет, – горько усмехается Дмитрий Андреевич. – Антенны, кабели, интернет какой-то…” На чердаке пахнет сыростью и стройматериалами. Пыльный бетонный пол застелен пожелтевшими газетами, у стенки стоит несколько десятков пластмассовых бутылок с водой. Весь убогий интерьер составляют два старых стола, несколько деревянных стульев и аккуратно застеленная кровать. Голос в помещении отзывается эхом.

– Хоть здесь и сыро, но я уже привык, – вздыхает пенсионер. – Зимой, конечно, приходилось несладко. Видите, какие щели в пололке? Сам удивляюсь, как перенес 30-градусные морозы. Было настолько холодно, что, ложась спать в одежде под тремя одеялами, боялся не проснуться. Летом другая проблема – крыша накаляется, и здесь невыносимо душно. Зато у меня есть телевизор. Это друг подарил, чтобы я с ума не сошел от одиночества. Еще радиоприемник есть. А это все, что осталось от моей мебели, – пенсионер подводит меня к лежащим в углу поломанным доскам. – Выкинув меня среди ночи, они поломали все: диван, кресло, настольную лампу. Даже подушки распотрошили.

Когда наш разговор подходил к концу, Дмитрий Андреевич засуетился возле походной электроплитки – достал обрезанную пластмассовую бутылку с мелко нарезанными кубиками картошки, поржавевшую по краям кастрюлю и начал готовить суп.

– Видишь, доця, ко всему можно приспособиться, – печально улыбнулся мне Дмитрий Андреевич. – Так и живу. Вот только сил с каждым днем все меньше. Из-за этих судов с сердцем совсем плохо стало…

Разбираясь в ситуации, “ФАКТЫ” выяснили, что Дмитрий Бывалин – уже не первый киевлянин, пострадавший от квартирных мошенников, так или иначе связанных с Ярославом Гринченко. Обратившаяся в редакцию киевлянка Галина Караулина рассказала, что землей в Голосеевском районе столицы, которой много лет пользовались ее родители, завладели трое сотрудников СБУ, через некоторое время перепродавшие этот участок… Ярославу Гринченко. Дом Галины Караулиной, который стоял на этом участке, уже снесли.

В сети к мошенникам угодил и обитатель трехкомнатной квартиры на Харьковском массиве Владимир Гавриш. Когда он вернулся из санатория, ему позвонили брокеры. “Квартиру продаете? – поинтересовались. – Тут объявление есть в газете…” Ничего не понимая, Владимир пошел в БТИ, где ему сообщили, что несколько недель назад его родной брат по доверенности продал квартиру некой гражданке Мешковской. Для брата это известие тоже стало неожиданностью. Решив не сдаваться, Владимир добился возбуждения уголовного дела по факту мошенничества. Почерковедческая экспертиза показала, что договор купли-продажи его брат не подписывал, и доверенность оказалась поддельной. В результате Владимиру вернули его квартиру, а Мешковская в зале суда заявила, что “купила” жилье по просьбе… Ярослава Гринченко! Дескать, у нее были проблемы с жильем, и адвокат предложил свою помощь – при условии, что она будет участвовать в афере. Сейчас по этому делу ведется следствие.

Не менее интересная ситуация с двухэтажным домом N 4/30 в Литовском переулке. Увидев объявление о продаже однокомнатных квартир по сравнительно недорогой цене, люди вложили деньги в еще строящийся дом. Участок, на котором шла стройка, принадлежал бабушке… Ярослава Гринченко! Получив от старушки доверенность, он снес ее небольшой дом и начал строительство.

– Но стоило людям вложить свои деньги, как бабушка Гринченко умерла, – рассказывает адвокат Сергей Горбаченко. – А Ярослав отказался унаследовать землю и потом лишь пожал плечами: “Бабушка умерла, доверенность больше не действует. А я к этой стройке отношения не имею”. Теперь в Литовском переулке остановлено строительство, не построена еще ни одна квартира. Разумеется, дом не стоит на балансе ни в одной организации. В результате пострадали 24 семьи. Суд по этому делу длится уже не первый год.

Еще один похожий случай произошел в Голосеевском районе столицы. Около пятидесяти семей вложили деньги в строящийся дом на проспекте Науки, 32. Здесь, правда, стройку организовал не Гринченко, а некая гражданка Липицкая. Собрав по сорок тысяч долларов с каждой семьи, Липицкая пропала, даже не зарегистрировав в БТИ непостроенный дом. Ее интересы в суде представляет все тот же Ярослав Гринченко.

Сам президент юридической фирмы Ярослав Гринченко сказал “Фактам” следующее:

– Дмитрием Бывалиным руководит группа мошенников. Больше чем уверен, что все публикации по этому поводу – заказные. Просто одна юридическая структура уже давно со мной конкурирует и всячески старается очернить. Да, я судился с Бывалиным. Суд объективно оценил ситуацию, никакого криминала в этой истории нет. Я лично заплатил Бывалину деньги за квартиру.

– А как вы с ним познакомились? Он сам решил продать квартиру?

– Давайте не будем в это углубляться, – в голосе моего собеседника отчетливо послышалось раздражение. – Заплатил и все. Он продавец, я – покупатель. Мне надоело оправдываться и что-либо объяснять. А что касается многоквартирного дома в Литовском переулке, то в этом деле вообще нет потерпевших. Есть только зависть и конкуренция. Еще раз повторю: это все лишь попытки недоброжелателей очернить нашу фирму.

Ситуацию с Владимиром Гавришем, который едва не лишился квартиры на Харьковском массиве, Ярослав Гринченко вообще не прокомментировал, заверив, что впервые слышит об этой истории.

Попытка корреспондента узнать у нотариуса, которая заверяла договор купли-продажи между Бывалиным и Гринченко, присутствовал ли при заключении сделки пенсионер, успехом не увенчалась. Услышав, что звонят из газеты, нотариус бросила трубку.

– Сейчас по делу Бывалина ведется следствие, – рассказал сотрудник Главного следственного управления МВД Украины Сергей Вельский. – Что же касается повторной почерковедческой экспертизы, то этот вопрос будет рассматриваться позже. Мы только недавно начали проверку, и пока еще рано об этом говорить.

– Надеюсь, хоть на этот раз мы добьемся повторной экспертизы, – говорит адвокат Сергей Горбаченко. – Если бы сотрудники милиции действительно были заинтересованы в объективном расследовании дела, уже давно провели бы ее. К тому же первую почерковедческую экспертизу делала эксперт, которая однажды уже проявила себя не с лучшей стороны – в деле киевлянина Андрея Сопина, лишившегося квартиры тоже не без помощи Ярослава Гринченко. Ее заключения оказались неверными – это подтвердили две повторные экспертизы. Пострадавших от квартирных афер, связанных с Ярославом Гринченко, сейчас насчитывается свыше семидесяти. Но даже это почему-то не кажется сотрудникам милиции убедительным доказательством того, что в столице действует группировка людей, занимающихся квартирными махинациями.

P.S. Имена всех героев публикации, кроме потерпевших, изменены.

Share Button
!

правила коментування

Поділіться думками





реклама: